[[pictureof]]

Вам нужны консультации по Литературе по Skype?
Если да, подайте заявку. Стоимость договорная.
Чтобы закрыть это окно, нажмите "Нет".

Укажите реальные данные, иначе мы не сможем с вами связаться!
Отправляя форму, Вы принимаете Условия использования и даёте Согласие на обработку персональных данных

Творчество Фонвизина Д. И.

Книги для чтениял
Экранизация классики h
Биография писателябиграфия
– драматург, публицист, переводчик.

Родился 3(14) апреля 1745 в Москве. Происходил из старинного дворянского рода (ливонский рыцарь фон Визин был взят в плен при Иоанне IV, затем стал служить русскому царю). С 1755 Денис Фонвизин числился в гимназии при Московском университете, где успешно изучал латинский, немецкий и французский языки и выступал на торжественных актах с речами на русском и немецком языках. В 1760 в числе лучших учеников Фонвизина возили в С.-Петербург для представления куратору университета И.И.Шувалову и «произвели в студенты». На литературном поприще дебютировал как переводчик: перевел с немецкого сборник популярного в Европе датского писателя Людвига Гольберга Басни нравоучительные (1761). Несколько мелких переводов Фонвизина появились в университетских изданиях в 1761–1762 (в т.ч. в журнале М.М.Хераскова «Полезное увеселение», где печатались и стихотворения старшего брата Фонвизина – Павла); перевод трагедии Вольтера Альзира (1762) в свое время опубликован не был, но получил широкое распространение в списках (опубл. 1894). Тогда же он начал переводить пространный, в четырех томах авантюрно-дидактический роман аббата Жана Террасона Геройская добродетель, или Жизнь Сифа, царя Египетского, из таинственных свидетельств древнего Египта взятая (1762–1768).

В 1762 Фонвизин ушел из университета и поступил переводчиком в коллегию иностранных дел. В 1763 после коронационных торжеств в Москве вместе с двором переехал в С.-Петербург и до 1769 служил под началом статс-советника дворцовой канцелярии И.П.Елагина, который, являясь управляющим «придворной музыки и театра», покровительствовал начинающим литераторам. Фонвизин вошел в т.н. «елагинский кружок», участники которого (сам Елагин, В.И.Лукин, Б.Е.Ельчанинов и др.) были заняты разработкой русской самобытной комедии. С этой целью переделывались, «склонялись» «на наши нравы» иностранные пьесы (т.е. менялись имена действующих лиц, бытовые реалии и т.п.). Лукин доказывал, что последнее необходимо, поскольку «многие зрители от комедий в чужих нравах не получают никакого поправления. Они мыслят, что не их, а чужестранцев осмеивают». Кроме того, в кружке осваивались традиции мещанской «слезной драмы» (иначе «серьезной комедии»), теоретиком которой выступал Д.Дидро, т.е. допускалось смешение «смешного» и «трогательного» в комедиях. В этом духе Фонвизин и сочинил свою первую, стихотворную комедию Корион (1764), взяв за основу драму французского автора Жана-Батиста-Луи Грессе Сидней. Действие в ней происходит в подмосковной деревне и заключается в изложении сентиментальной истории влюбленных Кориона и Зеновии, разлученных по недоразумению и благополучно соединяющихся в финале. Корион, однако, был лишь пробой пера Фонвизина-драматурга.

Вполне самобытным и новаторским произведением стала его комедия Бригадир (1768–1769, пост. 1772, опубл. 1786). Это первая в русской литературе «комедия нравов», в отличие от господствовавшей ранее сатирической «комедии характеров», когда на сцену выводились персонифицированные пороки («скупость», «бахвальство» и т.п.). В Бригадире пороки, особенности речи и поведения действующих лиц социально обусловлены. Достигается это с помощью «словесных масок». За вычетом речевой характеристики не остается иных, индивидуальных человеческих черт» (Г.А.Гуковский). «Говорение» в комедии преобладает над «действием»: на сцене пьют чай, играют в карты, обсуждают, какие книги потребны для воспитания, и т.п. Герои постоянно «проговариваются» о себе. Объяснения в любви (Советника – Бригадирше, Бригадира – Советнице) не достигают свой цели в силу того, что говорят они, по существу, на разных языках, т.е. возникает «диалог глухих». Объединяет отрицательных персонажей комедии их «глупость», оттененная «благоразумием» положительных – Софьи и Добролюбова, участие которых, однако, сведено к минимуму (они практически ничего не говорят и лишь ругают всех прочих «скотами»). На первый план выдвинута фигура «галломанствующего» Иванушки (отмечалось влияние на замысел «Бригадира» комедии Гольберга Жан-Француз), с которым связана важнейшая для Фонвизина тема воспитания дворянина.

В 1760-х, в эпоху Комиссии для составления Нового Уложения (1767), Фонвизин высказывался и по волновавшему всех вопросу прав и привилегий дворянства. Он переводит трактат Г.-Ф.Куайе Торгующее дворянство (1766), где обосновывалось право дворянина заниматься промышленностью и торговлей (не случайно в Недоросле Стародум разбогател как сибирский промышленник, а не придворный). В рукописи распространялась составленная им компиляция из трудов немецкого юриста И.Г.Юсти Сокращение о вольности французского дворянства и о пользе третьего чина (кон. 1760-х). В качестве приложения к переведенной Фонвизиным повести Ф.-Т.-М.Арно Сидней и Силли, или Благодеяние и благодарность (1769) было опубликовано одно из немногих его стихотворений Послание к слугам моим – Шумилову, Ваньке и Петрушке (здесь присутствуют элементы антиклерикальной сатиры, навеянные, как полагают, тесным общением Фонвизина с литератором Ф.А.Козловским, известным вольтерьянцем и вольнодумцем). Деятельность Фонвизина как переводчика художественной прозы увенчал перевод повести Поля Жереми Битобе на библейский сюжет Иосиф (1769): это сентиментальное, проникнутое лиризмом повествование, выполненное ритмической прозой. Позднее Фонвизин с гордостью писал, что эта повесть «послужила мне самому к извлечению слез у людей чувствительных. Ибо я знаю многих, кои, читая Иосифа, мною переведенного, проливали слезы».

В 1769 Фонвизин стал одним из секретарей канцлера графа Н.И.Панина, строившего планы досрочной передачи престола Павлу Петровичу и ограничения самодержавия в пользу Верховного Совета из дворян. Сделавшись вскоре доверенным лицом Панина, Фонвизин окунулся в атмосферу политических проектов и интриг. В 1770-х он лишь дважды выступил как литератор (точнее, как политический публицист «партии Панина», наставляющий монарха, как править на благо нации) – в Слове на выздоровление Павла Петровича (1771) и переводе Слова похвального Марку Аврелию А.Тома (1777). Письма Фонвизина, написанные во время поездки во Францию в 1777–1778 и адресованные П.И.Панину (брату канцлера), – замечательное по стилю и сатирической остроте описание нравов французского общества накануне революции.

После опалы и отставки Н.И.Панина вышел в отставку и Фонвизин (в марте 1782). В 1782–1783 «по мыслям Панина» он сочинил Рассуждение о непременных государственных законах (т.н. Завещание Панина), которое должно было стать предисловием к готовившемуся, но неосуществленному Н.И. и П.И.Паниными проекту «Фундаментальных прав, неприменяемых на все времена никакой властью» (т.е., по существу, проекту конституционной монархии в России). Позднее это Завещание Панина, изобилующее выпадами против самодержавия, использовали в пропагандистских целях декабристы. Сразу же после смерти покровителя (март 1783) Фонвизин сочинил брошюру Жизнь графа Н.И.Панина, вышедшую в С.-Петербурге сначала на французском языке (1784), а затем и на русском (1786).

Славу и всеобщее признание Фонвизину доставила комедия Недоросль (1779–1781, пост. в сентябре 1782, опубл. 1783). О необыкновенном успехе пьесы при ее первой постановке на придворной сцене на Царицыном лугу свидетельствовал неизвестный автор «Драмматического словаря» (1787): «Несравненно театр был наполнен, и публика аплодировала пьесу метанием кошельков». Это «комедия нравов», живописующая домашний быт дикой и темной семьи провинциальных помещиков. В центре комедии – образ госпожи Простаковой, самодурки и деспота в собственной семье и тем более среди своих крестьян. Ее жестокость в обращении с окружающими компенсируется неразумной и пылкой нежностью к сыну Митрофанушке, который благодаря такому материнскому воспитанию растет избалованным, грубым, невежественным и совершенно непригодным к какому-либо делу. Простакова уверена, что может делать что хочет, ибо на это дан указ о «вольности дворянской». Противопоставленные ей и ее родственникам Стародум, Правдин, Софья и Милон считают, что вольность дворянина заключается в праве учиться, а затем служить обществу своими умом и знаниями, что и оправдывает благородство дворянского звания. В финале приходит возмездие: Простакова отрешена от своего имения и брошена собственным сыном (тема жестокого, предающегося своим страстям и губящего подданных тирана сближает комедию Фонвизина с трагедиями А.П.Сумарокова). Современников более всего в Недоросле пленяли благоразумные монологи Стародума; позднее комедию ценили за колоритный, социально-характерный язык персонажей и красочные бытовые сцены (часто эти два плана комедии – идеологический и бытописательный – противопоставлялись, как, например, в эпиграмме И.Ф.Богдановича: Почтенный Стародум, / Услышав подлый шум, / Где баба непригоже / С ногтями лезет к роже, / Ушел скорей домой. / Писатель дорогой, / Прости, я сделал то же).

В 1783 княгиня Е.Р.Дашкова привлекла Фонвизина к участию в издававшемся ею журнале «Собеседник российского слова». В первом же номере появился его Опыт российского сословника. Составленный как будто бы для нужд готовившегося «Словаря Российской Академии наук», фонвизинский Опыт… являлся прикровенной политической сатирой, изобличающей придворные порядки и «бездельничанье» дворян. В том же журнале в 1783 без заглавия и подписи были опубликованы политически острые и дерзкие «вопросы» Фонвизина (в рукописи они озаглавлены как Несколько вопросов, могущих возбудить в умных и честных людях особливое внимание), адресованные Екатерине II и снабженные «ответами» самой императрицы, которая поначалу автором «вопросов» полагала И.И.Шувалова. Истина вскоре выяснилась, и таким образом Фонвизин своим «свободоязычием» навлек на себя неудовольствие власти и в дальнейшем испытывал затруднения с публикацией своих трудов. Перевод сочинения И.Г.Циммермана О национальном любочестии (1785), повесть о гонениях, которые терпит мудрец, говорящий правду властителю (Каллисфен. Греческая повесть, 1786), и стихотворная басня Лисица-Казнодей (17887) были напечатаны анонимно. К 1788 он подготовил свое Полное собрание сочинений и переводов в 5-ти томах: была объявлена подписка, однако издание не состоялось, и даже рукопись его теперь утрачена. В том же 1788 он безуспешно добивался разрешения на издание авторского журнала «Друг честных людей, или Стародум» (часть подготовленных Фонвизиным материалов журнала увидела свет лишь в 1830).

В последние годы здоровье Фонвизина сильно ухудшилось (в 1784–1785 он выезжал с женой для лечения в Италию) и вместе с тем возросли его религиозные и покаянные настроения. Они отразились в автобиографическом сочинении, написанном «по стопам» Исповеди Ж.-Ж.Руссо, – Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях (1791). Сохранившаяся неполностью последняя его комедия Выбор гувернера (между 1790 и 1792), посвящена, как во многом и Недоросль, вопросам воспитания, однако сильно уступает последней в художественном отношении.

Скончался Фонвизин 1 (12) декабря 1792 в С.-Петербурге после вечера, проведенного в гостях у Г.Р.Державина, где, по отзывам присутствовавших, был весел и шутлив. Похоронен на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.

Владимир Коровин

Фонвизин – комедиограф. Ко времени написания первого драматического произведения Альзира (1762–1763) опыт театральных впечатлений у Фонвизина был уже достаточно обширен. При Московском университете в 60-е годы процветал студенческий театр, дававший представления по очереди с комической оперой Локателли. Огромное впечатление на будущего драматурга произвело знакомство с Петербургским Российским театром, состоявшееся в 1760, особенно комическая игра Я.Шумского, а также величественная фигура «отца русского театра» Ф.Г.Волкова – «мужа глубокого разума, наполненного достоинствами, который имел большие знания и мог бы быть человеком государственным» (Фонвизин Д.И.) 

Важно подчеркнуть, что вторая половина 18 в. – время расцвета театрального классицизма в России, служащего прежде всего делу укрепления государственности. Но именно комедийный жанр становится самым важным и распространенным в сценическом и драматическом искусстве. Лучшие комедии этого времени являются частью общественно-литературной жизни. Русская комедия 18 в. тесным образом связана с сатирой и часто имеет политическую направленность. Комедия популярна и потому, что непосредственно связана с живой жизнью, и элементы реалистического направления вызревают именно в ее сфере. Кроме того, расцвет комедии своим истоком имеет глубокие традиции смеховой зрелищной культуры в России 17 в.

Так, комедия Бригадир (1768–1769) органично смыкается с сатирой и находится в сфере эстетики классицизма. Большим достижением автора является язык пьесы – персонифицированный, разговорный, острый. Комедия построена на остроумном, мастерски отточенном диалоге, но сценического действия в ней мало. Она статична, как статичны характеры ее героев. В Бригадире четко соблюдены единства и правила классицистической поэтики. Композиция пьесы выстроена симметрично, с перекрестным ведением действия – все это характеризует художественный метод Фонвизина, основанный на просветительском рациональном мышлении деятеля XVIII в.

Комедия Недоросль (1782) стала этапным событием в развитии русской комедии. Она представляет сложную по структуре, до мельчайших подробностей продуманную систему. Систему, в которой каждая реплика, каждый персонаж, каждое слово подчинены выявлению авторского замысла. В основе комедии лежат несколько связанных между собой проблем. Одна из них – проблема воспитания молодого дворянского поколения, волновала автора еще до написания Бригадира. Существовали ранние списки, первоначальные редакции будущего законченного, мастерски отточенного позднего Недоросля. В них автор, еще не усвоивший законы классицизма, обращался к опыту комедийного репертуара городского театра, устной народной комедии. Незнание современных литературных канонов сыграло положительную роль в деле создания самобытного новаторского произведения. Интермедии обучения недоросля Иванушки, позже ставшего Митрофаном (что в переводе с греческого значит «матерью явленный»), – имели большое сходство с уличным народным балаганом, фарсом. В ранних редакциях пьесы Фонвизин дает простор дурачествам недоросля, который в основном смешит и балагурит. Но очевидно, что для автора подобный комизм, даже в первоначальных списках – далеко не самоцель. Начав пьесу как бытовую комедию нравов, Фонвизин не останавливается на этом, а смело идет дальше, к первопричине «злонравия», плоды которого известны и автором строго осуждены. Причиной же порочного воспитания дворянства в крепостнической и самодержавной России является установившийся государственный строй, порождающий произвол и беззаконие. Таким образом проблема воспитания оказывается неразрывно связанной со всем жизненным и политическим укладом государства, в котором живут и действуют люди снизу доверху. Скотинины и Простаковы, невежественные, ограниченные умом, но не ограниченные в своей власти, могут воспитать только себе подобных. Их характеры прорисованы автором особенно тщательно и полнокровно, со всей жизненной достоверностью. Рамки требований классицизма к жанру комедии Фонвизиным здесь существенно расширялись. Автор полностью преодолевает присущий более ранним своим героям схематизм, и таким образом персонажи Недоросля становятся не только реальными лицами, но и нарицательными фигурами.

Фонвизин мастерски строит языковые характеристики своих героев: это и грубые, оскорбительные слова в неотесанных речах Простаковой; характерные для военного быта словечки солдата Цыфиркина; церковно-славянские слова и цитаты из духовных книг семинариста Кутейкина; ломаная русская речь Вральмана и речь благородных героев пьесы – Стародума, Софьи и Правдина, разговор которых отличается некоторой литературностью. Эти персонажи составляют еще один пласт комедии, важнейший для Фонвизина, общественно- политические взгляды которого они, собственно, и выражают.

Роль Стародума Фонвизиным была создана в расчете на лучшего актера российского театра И.А.Дмитревского, на его общественный темперамент. Обладая благородной, изысканной внешностью, актер постоянно занимал в театре амплуа первого героя-любовника. К сожалению, вскоре после премьеры театр, на сцене которого впервые был поставлен Недоросль, закрыли и расформировали.

Комедия Недоросль по праву считается высшим достижением национальной драматургии всего 18 в., произведением зарождающегося в недрах классицизма реалистического искусства. «Истинно общественной комедией» называл Недоросля Н.В.Гоголь, ставя ее в один ряд с грибоедовским Горе от ума.

Издания: Собр. соч. в 3-х тт. М., 1983; Избранное. М., 1983.

Екатерина Юдина

ЛИТЕРАТУРА

Вяземский П.А. Фон-Визин // Полн. собр. соч., т. 5. СПб, 1880
Берков П.Н. Театр Фонвизина и русская культура // Русские классики и театр. М. – Л., 1947
Пигарев К.В. Творчество Фонвизина. М., 1954
Асеев Б.Н. Русский драматический театр 17–18 веков. М., 1957
Фонвизин в русской критике. М., 1958
Всевлодский-Гернгросс В.Н. Фонвизин-драматург. М., 1960
Макогоненко Г.И. Денис Фонвизин. Творческий путь. М. – Л., 1961
Кулакова Л.И. Денис Иванович Фонвизин. М. – Л., 1966
Берков П.Н. История русской комедии 18 века. Л., 1977
История русской драматургии 17 – первой половины 19 века. Сб. трудов Л., 1982
Лебедева О.Б. Русская высокая комедия XVIII в.: Генезис и поэтика жанра. Томск, 1996

Анализ творчества и идейно-художественное своеобразие произведенийанализ

Хотя современного читателя отделяют от эпохи Фонвизина целые два столетия, трудно найти человека, который бы не знал, что «недоросль» – это великовозрастный недоучка, или не слышал бы превратившихся в поговорки реплик «не хочу учиться, а хочу жениться», «зачем география, когда извозчики есть» и других фонвизинских выражений. Образы, крылатые слова и шутки из комедий Фонвизина «Бригадир» и «Недоросль» стали частью нашего словаря. Точно так же от поколения к поколению передавались идеи Фонвизина, сыгравшие важную роль в истории освободительного движения.

 

Фонвизин принадлежал к поколению молодых дворян, которые получили образование в созданном по инициативе Ломоносова Московском университете. В 1755 г. он был определен в университетскую гимназию, которая готовила своих воспитанников к переводу в студенты, и проучился в ней до 1762 г.

 

Университет был центром литературной жизни в Москве. Одним из первых мероприятий университета было издание сочинений Ломоносова, здесь преподавали его ученики – поэт и переводчик Н. Н. Поповский, филолог А. А. Барсов, а издательскими делами заведовал М. М. Херасков. При университете существовал театр, в репертуар которого входили и переводы воспитанников гимназии. Их литературные упражнения охотно печатали выходившие при университете журналы «Полезное увеселение» и «Собрание лучших сочинений». Не удивительно, что кроме Фонвизина из гимназии вышли многие известные впоследствии литераторы – Н. И. Новиков, Ф. А. Козловский, братья Карины, А. А. Ржевский и др.

 

Первыми литературными работами Фонвизина были переводы с немецкого и французского. Фонвизин пробует также свои силы в драматической поэзии, приступая к переводу антиклерикальной трагедии Вольтера «Альзира».

 

Молодого писателя интересуют идеи европейского Просвещения. Либеральное начало царствования Екатерины II возбуждало у передовой части дворянства надежды на установление в России «просвещенной» монархии. В конце 1762 г. Фонвизин оставляет университет и определяется переводчиком в Коллегию иностранных дел. Непосредственно в Коллегии он пробыл всего лишь год, а затем был прикомандирован к канцелярии статс‑секретаря императрицы И. П. Елагина.

 

В столице началось серьезное политическое образование Фонвизина. Он оказался в курсе разнообразных суждений о предполагаемых реформах, тех споров, которые предшествовали столь важным событиям в истории русской общественной мысли, как конкурс Вольного экономического общества о состоянии крепостных (1766) и созыв Комиссии для составления Нового Уложения (1767). В этих спорах формировалась идеология русского Просвещения. Фонвизин присоединил свой голос к тем, кто требовал политических свобод и ликвидации крепостного рабства. О его общественных взглядах в эти годы дают представление распространявшееся в рукописи «Сокращение о вольности французского дворянства и о пользе третьего чина» и перевод «Торгующего дворянства» Г.‑Ф. Куайе с предисловием немецкого юриста И.‑Г. Юсти, вышедший в 1766 г.

  

Фонвизин был просветителем, но печатью дворянской ограниченности отмечены как его вера в просвещенный абсолютизм, так и в исконную избранность своего класса. Нужно, однако, отметить, что ранний интерес Фонвизина к сословным, а по существу – к социальным вопросам, характерный и для его последующего творчества, позволит ему более трезво, чем многим из его современников, оценить и политическую ситуацию, которая сложилась в царствование Екатерины II. Позднее, создавая образ дворянина Стародума в «Недоросле», образ, которому в этой пьесе отданы авторские мысли и симпатии, он отметит, что его герой составил свое состояние и добился независимости в качестве честного промышленника, а не в качестве низкопоклонного придворного. Фонвизин выступил в числе первых русских писателей, которые начали последовательно разрушать сословные перегородки феодального общества.

 

Фонвизин слишком хорошо знал русское дворянство, чтобы ожидать от него поддержки при осуществлении просветительской программы. Но он верил в действенность пропаганды просветительских идей, под влиянием которой должно было сформироваться новое поколение честных сынов отечества. Как он полагал, они станут помощниками и опорой просвещенного государя, целью которого будет благо отечества и нации. Поэтому Фонвизин, сатирик по характеру своего дарования, начиная с ранних произведений, пропагандирует также положительный идеал общественного поведения.

«Корион», вольная переделка комедии французского драматурга Ж.‑Б. Грессе «Сидней», открывает петербургский период творчества Фонвизина. Перевод трагедии Вольтера «Альзира» (который распространялся в списках) создал ему репутацию талантливого начинающего автора. Одновременно он был принят в кружке молодых драматургов, которые группировались вокруг его непосредственного начальника И. П. Елагина, известного переводчика и мецената. В этом кружке сложилась теория «склонения» иностранных произведений «на русские нравы». Елагин первый применил принцип «склонения» в заимствованной у Гольберга пьесе «Жан де Моле, или Русский француз», а последовательно его сформулировал В. И. Лукин в предисловиях к своим комедиям.

 

До этого времени в переводных пьесах изображался малопонятный русскому зрителю быт, употреблялись иностранные имена. Все это, как писал Лукин, не только уничтожало театральную иллюзию, но и уменьшало воспитательное воздействие театра. Поэтому началось «переделывание» этих пьес на русский лад. «Корионом» Фонвизин заявил о себе как о стороннике национальной тематики в драматургии и включился в борьбу с переводчиками развлекательных пьес.

 

В кружке Елагина проявляли живой интерес к новому жанру «серьезной комедии», получившей теоретическое обоснование в статьях Дидро и завоевывавшей европейские сцены. Попытка, половинчатая и не вполне удачная, ввести принципы нравоучительной драматургии в русскую литературную традицию была сделана уже в пьесах Лукина. Но его комедии оказались лишены чувства комического и, главное, противостояли нараставшему проникновению сатиры во все области литературы, которое несколькими годами позднее привело к появлению сатирической журналистики. Такие частные темы, как трогательное изображение страдающей добродетели или исправление порочного дворянина, никак не соответствовали политическим целям русских просветителей, ставивших вопрос о преобразовании общества в целом. Пристальное внимание к поведению человека в обществе позволило Фонвизину глубже, чем его современникам, понять основы просветительской эстетики Дидро. Замысел сатирической комедии о русском дворянстве оформился в атмосфере споров вокруг Комиссии для составления Нового Уложения, где большинство дворян выступило в защиту крепостничества. В 1769 г. «Бригадир» был завершен, и, обращаясь к общественной сатире, Фонвизин окончательно порывает с елагинским кружком.

 Комедия «Бригадир», в конечном счете, была уничтожающей сатирой на крепостников, хотя Фонвизин прямо не затрагивал в ней тему крепостного права. 



В 1872 году Фонвизин заканчивает работу над комедией "Недоросль"

Внешне оставаясь в пределах бытовой комедии, предлагая вниманию зрителя ряд бытовых сцен, Фонвизин в «Недоросле» затрагивал новую и глубокую проблематику. Задача показать современные «нравы» как результат определенной системы взаимоотношений людей обусловила художественный успех «Недоросля», сделала его «народной», по словам Пушкина, комедией. Затрагивая главные и злободневные вопросы, «Недоросль» действительно явился очень яркой, исторически точной картиной русской жизни XVIII в. и в качестве таковой вышел за рамки идей узкого кружка Паниных. Фонвизин в «Недоросле» оценил основные явления русской жизни с точки зрения их общественно‑политического смысла. Но его представление о политическом устройстве России сложилось с учетом основных проблем сословного общества, так что комедию можно считать первой в русской литературе картиной социальных типов.

В жанровом отношении «Недоросль» – комедия. В пьесе много истинно комических, а отчасти и фарсовых сцен, напоминающих «Бригадира». Однако смех Фонвизина в «Недоросле» приобретает мрачно‑трагический характер, и фарсовые потасовки, когда в них участвуют Простакова, Митрофан и Скотинин, перестают восприниматься как традиционные смешные интермедии.
 

Обращаясь в комедии к отнюдь не веселым проблемам, Фонвизин не столько стремился изобрести новые сценические приемы, сколько переосмыслял старые. Совершенно оригинально в связи с русской драматической традицией были осмыслены в «Недоросле» приемы буржуазной драмы. Коренным образом, например, изменилась функция резонера классической драматургии. В «Недоросле» подобную роль выполняет Стародум, который выражает авторскую точку зрения; это лицо не столько действующее, сколько говорящее. В переводной западной драме встречалась аналогичная фигура мудрого старого дворянина. Но его поступки и рассуждения ограничивались областью моральных, чаще всего семейных проблем. Стародум Фонвизина выступает в роли политического оратора, и его морализации являются формой изложения политической программы. В этом смысле он скорее напоминает героев русской тираноборческой трагедии. Возможно, что подспудное влияние высокой «драматургии идей» на Фонвизина, переводчика «Альзиры» Вольтера, было сильнее, чем это может показаться на первый взгляд.

 

Фонвизин явился создателем общественной комедии в России. Его общественно‑политическая концепция обусловила самую характерную и общую особенность его драматургии – чисто просветительское противопоставление мира зла – миру разума, и, таким образом, общепринятое содержание бытовой сатирической комедии получило философскую интерпретацию. Имея в виду эту черту пьес Фонвизина, Гоголь писал о том, как сознательно пренебрегает драматург содержанием интриги, «видя сквозь него другое, высшее содержание».

 

Впервые в русской драматургии любовная интрига комедии была полностью отодвинута на второй план и приобрела подсобное значение.

По сюжету и названию «Недоросль» – пьеса о том, как дурно и неправильно обучали молодого дворянина, вырастив его прямым «недорослем». На самом деле речь идет не об ученье, а о «воспитании» в обычном для Фонвизина широком значении этого слова.

Хотя сценически Митрофан – фигура второстепенная, то обстоятельство, что пьеса получила название «Недоросль», не случайно. Митрофан Простаков – последний из трех поколений Скотининых, которые проходят перед зрителями непосредственно или в воспоминаниях других действующих лиц и демонстрируют, что за это время в мире Простаковых ничто не изменилось. История воспитания Митрофана объясняет, откуда берутся Скотинины и что следует изменить, дабы впредь они не появлялись: уничтожить рабство и преодолеть нравственным воспитанием «скотские» пороки человеческой натуры.

В «Недоросле» не только развернуты положительные персонажи, эскизно намеченные в «Бригадире», но и дано более глубокое изображение общественного зла. Как и раньше, в центре внимания Фонвизина находится дворянство, но не само по себе, а в тесных связях с крепостным сословием, которым оно управляет, и верховной властью, представляющей страну в целом. События в доме Простаковых, достаточно колоритные сами по себе, являются в идейном отношении иллюстрацией более серьезных конфликтов.

С первой сцены комедии, примерки кафтана, сшитого Тришкой, Фонвизин изображает то самое царство, где «люди составляют собственность людей», где «человек одного состояния может быть одновременно истцом и судьею над человеком другого состояния» (2, 265), как он писал в «Рассуждении». Простакова – полновластная хозяйка в своем имении. Правы или виноваты ее рабы Тришка, Еремеевна или девка Палашка, решить это зависит только от ее произвола, а она о себе говорит, что «рук не покладывает: то бранится, то дерется, тем и дом держится» (1, 124). Однако, называя Простакову «презлой фурией», Фонвизин вовсе не желает подчеркнуть, что изображенная им помещица‑тиранка – некое исключение из общего правила. Его мысль заключалась в том, чтобы, как точно заметил М. Горький, «показать дворянство выродившееся и развращенное именно рабством крестьянства».[[1]] У Скотинина, брата Простаковой, такого же рядового помещика, тоже «всякая вина виновата» (1, 109), а свиньям в его деревеньках живется много лучше, чем людям. «Разве дворянин не волен поколотить слугу, когда захочет?» (1, 172) – поддерживает он сестру, когда она обосновывает свои зверства ссылкой на Указ о вольности дворянской.

Привыкшая к безнаказанности, Простакова простирает свою власть от крепостных на мужа, Софью, Скотинина – на всех, от кого, как надеется, не встретит отпора. Но, самовластно распоряжаясь в собственном поместье, она сама постепенно превратилась в рабу, лишенную чувства собственного достоинства, готовую пресмыкаться перед сильнейшим, стала типичной представительницей мира беззакония и произвола. Мысль о «животной» низменности этого мира проведена в «Недоросле» столь же последовательно, как в «Бригадире»: и Скотинины и Простаковы «одного помету» (1, 135). Простакова лишь один пример того, как деспотизм уничтожает человека в человеке и разрушает общественные связи людей.

Рассказывая о своей жизни в столице, Стародум рисует такой же мир себялюбия и рабства, людей «без души». По существу, утверждает Стародум‑Фонвизин, проводя параллель между мелкой помещицей Простаковой и знатными вельможами государства, «если невежда без души – зверь», то «просвещеннейшая умница» без нее не более как «жалкая тварь» (1, 130). Придворные в той же степени, что и Простакова, не имеют представления о долге и чести, раболепствуют перед знатными и помыкают слабыми, жаждут богатства и возвышаются за счет соперника.

Афористические инвективы Стародума задевали все дворянское сословие. Сохранилось предание, что какая‑то помещица подала жалобу на Фонвизина за реплику Стародума «мастерица толковать указы»,[[2]] почувствовав себя лично оскорбленной. Что же касается его монологов, то как ни были они прикровенны, самые злободневные из них изымались по требованию цензуры из сценического текста пьесы.[[3]] Сатира Фонвизина в «Недоросле» обращалась против конкретной политики Екатерины.

Центральной в этом отношении является первая сцена 5‑го действия «Недоросля», где в разговоре Стародума с Правдиным Фонвизин излагает основные мысли «Рассуждения» о примере, который государь должен подавать своим подданным, и о необходимости прочных законов в государстве. Стародум формулирует их так: «Достойный престола государь стремится возвысить души своих подданных… Где знает он, в чем его истинная слава…, там все скоро ощутят, что каждый должен искать своего счастья и выгод в том одном, что законно, и что угнетать рабством себе подобных беззаконно» (1, 167–168). В нарисованных Фонвизиным картинах злоупотреблений крепостников, в изображенной им истории воспитания Митрофана рабой Еремеевной, так что «выходит вместо одного раба двое» (1, 169), в отзывах о фаворитах, стоящих у кормила власти, где честным людям нет места, заключалось обвинение самой правящей императрице.[[4]] В пьесе, сочиненной для публичного театра, писатель не мог выражаться столь точно и определенно, как он это делал в предназначенном для узкого круга единомышленников «Рассуждении о непременных государственных законах».[[5]] Но читатель и зритель понимали неизбежные недоговоренности. По признанию самого Фонвизина, именно роль Стародума обеспечила успех комедии; исполнению этой роли И. А. Дмитревским публика «аплодировала метанием кошельков» на сцену.[[6]]

Роль Стародума была важна для Фонвизина еще в одном отношении. В сценах с Софьей, Правдиным, Милоном он последовательно излагает взгляды «честного человека» на семейную мораль, на обязанность дворянина, занятого делами гражданского правления и военной службой. Появление подобной развернутой программы свидетельствовало, что в творчестве Фонвизина русская просветительская мысль перешла от критики темных сторон действительности к поискам практических способов изменить самодержавный строй.

Герои Фонвизина статичны. Они уходят со сцены такими же, какими появились. Столкновение между ними не меняет их характеров. Однако в живой публицистической ткани произведений их поступки приобретали не свойственную драматургии классицизма многозначность. Уже в образе Бригадирши встречаются черты, которые могли не только рассмешить зрителя, но и вызвать его сочувствие. Бригадирша глупа, жадна, зла. Но внезапно она превращается в несчастную женщину, которая со слезами рассказывает историю капитанши Гвоздиловой, так похожую на ее собственную судьбу. Еще сильнее подобный сценический прием – оценка персонажа с разных точек зрения – проведен в развязке «Недоросля».

Злодеяния Простаковых постигает заслуженная кара. Приходит распоряжение властей взять имение под опеку правительства. Однако Фонвизин наполняет внешнюю достаточно традиционную развязку – порок наказан, добродетель торжествует – глубоким внутренним содержанием. Появление Правдина с указом в руках разрешает конфликт лишь формально. Зритель хорошо знал, что петровский указ об опеке над помещиками‑тиранами не применялся на практике. Кроме того, он видел, что Скотинин, достойный брат Простаковой по угнетению крестьян, оставался вовсе безнаказанным. Он всего лишь напуган разразившейся над домом Простаковых грозой и благополучно убирается в свою деревеньку. Фонвизин оставлял зрителя в явной уверенности, что Скотинины разве что станут поосторожнее.

Заключается «Недоросль» известными словами Стародума: «Вот злонравия достойные плоды!». Эта реплика относится не столько к отрешению Простаковой от помещичьей власти, сколько к тому, что ее, лишенную власти, покидают все, даже любимый сын. Драма Простаковой – завершающая иллюстрация к судьбе всякого человека в мире бесправия: если ты не тиран, то окажешься жертвой. С другой стороны, последней сценой Фонвизин подчеркивал и нравственную коллизию пьесы. Порочный человек сам своими поступками готовит себе неизбежное наказание.

Наиболее важным завоеванием Фонвизина, как уже было отмечено, являлось новое для русской литературы понимание характера.Правда, и у него вся сложность характера ограничивается одной‑двумя чертами. Но эти черты персонажа драматург мотивирует, объясняет и биографическими обстоятельствами, и сословной принадлежностью. Пушкин, прочитав «Разговор у княгини Халдиной», сцены из незавершенной пьесы Фонвизина, восхищался тем, как живо писатель умел изображать человека, каким его сделала природа и русское «полуобразование» XVIII в. Позднейшие исследователи, независимо от того, идет ли речь об элементах реализма в творчестве Фонвизина или о его принадлежности к «просветительскому реализму», отмечали буквально историческую точность его произведений. Фонвизин сумел нарисовать достоверную картину нравов своего времени, так как ориентировался не только на просветительское представление о природе человека, но и понял, что конкретный характер несет на себе отпечаток социального и политического бытия. Показывая эту связь человека и общества, он сделал свои образы, конфликты, сюжеты выражением общественных закономерностей. Продемонстрированное с блеском таланта, это открытие Фонвизина на практике стало одним из основных принципов зрелого реализма.




л
Задания части В
а
Задания с кратким ответом
п
Задания части С